Максим Туханин, Иван Филиппов
В лукошке у лесника при-
таились две маленькие бу-
тылочки водки-чекушки,
огурчик-егозок и пара лоба-
стых волчат-выстремков.
Лесником был приземистый
мужичонка лет сорока с га-
ком. Из-за голенища лесни-
ческого сапога грозно тор-
чала рукоять ножа-тясоре-
за, а из-за подошвы — его
лезвие.
Аккуратно заштопанная
тельняшка обтягивала ту-
гие, привыкшие к раздвига-
нию кустов руки.
На боку висел бинокль с
цейссовскими стёклами, а
на груди маленький ящик с
надписью: «Хочеш пасмат-
реть черес бинокаль, бро-
сай рупь». Я осторожно по-
ложил в ящик требуемую
сумму, лесник кивнул, и я
приник к биноклю.
Благодаря немецкой оп-
тике всё вокруг сделалось
необычайно ярким и отчет-
ливым. Я без труда разоб-
рал две далекие надписи:
«Правая крышечка» и «Ле-
вая крышечка».
— Ну, будет любоваться,
— буркнул лесник. — На
топкинской выщи ещё на-
любуешься. Там сейчас кра-
сиво после пожара стало —
глины много.
Мы двинулись от избы-за-
имки прямиком к гати через
погост.
Влажное, высокое разно-
травье, скрытое в клочкова-
том сизом тумане, достава-
ло леснику до пахов, а мне
почти до колен.
Не хотелось нарушать
царственную тишину пред-
борья, поэтому шагали мол-
ча, чавк в чавк.
Вдруг лесник, месивший
гать впереди, замер и под-
нял вверх руку. Это означа-
ло: «Стоп! Я пью водку из
горлышка!»
Спустя минуту рука чётко,
по-командирски, махнула в
сторону, и что-то пустое по-
катилось вниз по косогору.
— Эк-ма? — спросил
лесник.
— Лучше в лесу, а то
здесь ещё могут увидеть, —
ответил я, и мы тронулись
дальше.
Постепенно распогоди-
лось, и пошел дождь.
К обеду мы должны уже
были быть у логова, что-
бы я, как журналист-нату-
ралист, смог сделать не-
сколько снимков волчат-
выстремков в их есте-
ственной среде, возле
шишек и сучков.
Внезапно деревья рассту-
пились, и дорогу нам пре-
градил звенящий ручей-
мигрелица. Мы приникли к
ручью и некоторое время
жадно пили, наслаждаясь
студёной проточной влагой.
Неожиданно мимо моего
носа проплыло разрешение
на ношение оружия на имя
Гривицкого Иосифа Мефо-
дьевича, а спустя секунду и
его паспорт.
Я оторвался от воды и
бросил взгляд на лесника,
утолявшего
жажду
чуть
выше по руслу. Из его на-
грудных карманов продол-
жали вываливаться какие-то
бумажки и фотографии. Но
Иосиф Мефодьевич был це-
ликом поглощён ручьём и,
похоже, ничего не замечал.
Я сделал несколько ред-
ких снимков и бесплатно
посмотрел в бинокль. А лесник всё
еще пил, не поднимая лица из воды.
Я забеспокоился. А вдруг с лесником
что-то случилось? Ведь если так, меня
могут оставить у них в райцентре ещё
на день, а для столичного натуралис-
та это равносильно пьянке. То есть
этот день можно будет просто взять
и вычеркнуть из жизни, как и два сле-
дующих.
— Мефодьич! — воскликнул я и по-
тряс лесника за плечо. — Мефодьич!
Тело лесника перевернулось, и го-
лова ткнулась в песок. Что ж.
.. Актер
умирает на сцене, а лесник — в лесу.
Таково правильное течение жизни в
природе. И не нам, говнюкам-одно-
минуткам, его запротивнивать.
В сторожку я вернулся околицей,
зацепив пару годовалых подъярков-
уястриц. Закоптив выключатель, я сел
поближе к трескучему околошку и
почти задремал, когда в избу вернул-
ся Мефодьич.
— Документы уплыли, — поздоро-
вался лесник. — Завтра у кривой гати
попробуем перехватить, там река из-
лучину дает.
С этими словами лесник устало за-
валился в подпол, и в избе воцари-
лась тишина.
В. Пианки, заимка «Средние
Терещенки» Краснодарского
края, округ Сочи
«КБ» № 10 (231) • 2013, СТРАНИЦА 15
© рисунок Максима Смагина
предыдущая страница 16 Красная Бурда 2013 10 читать онлайн следующая страница 18 Красная Бурда 2013 10 читать онлайн Домой Выключить/включить текст